В субботу, 13 декабря, в Тольятти состоится патриотический форум «Время объединятся». В преддверии слета волонтерских и общественных организаций мы встретились с одной из самых ярких и самоотверженных фигур нашего добровольчества Екатериной Дворянкиной. Ее история – это рассказ о том, как личное мировоззрение переплавляется в титаническую, каждодневную работу по помощи СВО и жителям Донбасса. И о том, почему главное оружие в тылу не громкие слова, а дела, доверие и сердце, готовое «вырваться и светить».
– Екатерина, новый волонтерский форум станет большим событием.
– Да, волонтерский форум пройдет в Тольятти 13 декабря в Поволжской академии образования и искусств имени Святителя Алексия Московского. Мы приглашаем всех – не только опытных волонтеров, но и тех, кто только хочет присоединиться или узнать о нашей работе.
Главных задач несколько. Во-первых, это встреча и консолидация: за последнее время влилось много новых команд, и форум – это место, где мы можем познакомиться, показать, кто чем занимается, объединить усилия. Во-вторых, и это, пожалуй, самое важное сейчас, – открытый разговор о наболевших проблемах.
– Как возникло то, что сегодня называют одним из самых мощных волонтерских движений в регионе? Когда все началось лично для вас?
– Абсолютно конкретный день – 1 марта 2022 года. В голове была каша от новостей, в душе – ощущение, что сидеть и ждать невозможно. Я взяла простой фломастер, лист бумаги и написала на нем: «Пункт приема помощи». Все. Вот с этого чистого листа и началось. Никакого плана, штаба, ресурсов. Было только это внутреннее «нельзя иначе». Сначала ездили своими силами, на личных «газелях». Это было тяжело и дорого. Но это было нужно. Хотя, если быть точной, наша помощь Донбассу началась не в 2022-м. Наша команда помогала еще с 2014 года. С февраля 2022-го все перешло на другой уровень.
– Откуда у вас, женщины, матери, эта внутренняя готовность броситься в такую пучину работы и риска? В вашем голосе звучит не эмоция, а какая-то предначертанность.
– Я выросла в семье, где служба и долг – не слова, а воздух, которым дышишь. У нас пять поколений военных. Отец – ветеран Афгана. Брат погиб в Чечне. Дедушка дошел до Берлина, бабушка служила в НКВД. Девять детей было у моей прабабушки – пятеро ушли на фронт, двое не вернулись. Я с детства читала только книги о войне, смотрела военные фильмы. И в 6-летнем возрасте, когда папа читал мне сказку про Данко, который вырвал сердце, чтобы освещать людям путь, я плакала и говорила: «Пап, я тоже так хочу! Вырву сердце и буду светить!» Я мечтала о подвиге, как Зоя Космодемьянская. А папа меня успокаивал: «Доченька, хватит войн на нашу семью. Пусть у тебя будет мир». Но когда война пришла, я поняла: да, моего личного военного подвига не будет. Но работа в тылу – это и есть мое место. Я была к этому готова.
– Сегодня это уже не точка приема, а гигантский, отлаженный механизм. Как произошел этот качественный скачок? Как удалось перейти от разовых поездок к системной работе?
– Поняв, что одними «газелями» много не осилишь, мы с командой пошли на прием к главе города Николаю Ренцу. Нас услышали. Объемы помощи выросли. АВТОВАЗТРАНС и его директор Николай Спиваков стали для нас надежными друзьями и единомышленниками. И я искренне считаю, что такого уровня взаимодействия волонтеров и города, такой системной, регулярной поддержки нет больше нигде. Это наша общая тыловая победа.
– За эти четыре года не наступило ли у горожан усталости, пресловутого донорского выгорания?
– Знаете, наблюдается обратный процесс. Люди стали помогать больше и осознаннее. Мы сами стали опытнее, сильнее. Помощь не уменьшилась – она структурировалась. Мы объединили многие разрозненные команды в Союз волонтеров Самарской области. У нас теперь два огромных пункта – на Карла Маркса, 56, и мой собственный магазин в Комсомольске, который я почти полностью отдала под гуманитарный штаб. Туда каждый день приходят машины не только из Тольятти, но и со всей области. Грузы принимают, сортируют. Школы, колледжи, обычные люди… Например, предприниматели привезли полторы тонны фруктов. Просто потому что знают: каждый апельсин дойдет до конкретного ребенка в Донецке. Полковник из Самары передал три мотоцикла. Отец Тимофей пригнал «восьмерку». Это не усталость. Это – созидательная сила тыла, которая только набирает обороты.
Екатерина Дворянкина: «В моем телефоне 56 тыс. фотографий. И 10 тыс. видео. И знаете, сколько из этих улыбающихся ребят, которые машут нам и кричат «Спасибо, обязательно приедем в Тольятти!» уже нет в живых? Они гибнут через день, через неделю после нашей встречи. Я эти фото никогда не сотру. Никогда. Это моя память. Моя ответственность. Меня часто спрашивают: «Откуда у тебя столько медалей?» Я отвечаю: каждая моя медаль – это имя. Фамилия. Позывной. Когда и где погиб. Меня ночью разбуди – я про каждую расскажу, за кого она. Это не мои награды. Это – их».
– В этом потоке помощи ключевое – доверие. Как вам удается его сохранять, ведь вокруг так много вопросов к прозрачности аккумулируемых средств?
– У нас железное правило, о котором я говорю всем: никаких сборов на личные карты. Никогда. Мы принципиально этого не делали и не делаем. У нас есть официальный благотворительный фонд поддержки участников СВО и их семей «Из Тольятти с любовью», который я создала, есть расчетный счет. Хотите помочь финансово – милости просим, все прозрачно. Все отчеты – в открытом доступе. Никаких зарплат, все организаторы работают на чистом энтузиазме. Я, например, содержу свой штаб-квартиру за свой счет – 400 метров под гуманитарку, и это огромные расходы на коммуналку, тепло, налоги. Когда люди видят, что ты не просто собираешь, а сам вкладываешь душу, силы, ресурсы, доверие рождается само. Нам помогают больше именно потому, что видят эту искренность.
– Ваша деятельность давно вышла за рамки сбора и доставки «коробок». Вы занимаетесь чем-то сродни работе спецслужб спасения.
– Наше главное дело – люди и решение нерешаемых проблем. Мы как скорая помощь. У нас налажена система вывоза раненых, обгоревших, пострадавших из самых горячих точек. Любой может к нам обратиться – мы снимаем видеообращение, публикуем, и это сразу попадает в Следственный комитет, прокуратуру. Вопросы решаются за часы, а не месяцы.
Недавно привезли женщину, Таню, из Луганска. Ей 58 лет, вышла на улицу – прилетел снаряд, оторвало обе ноги. Мы подключились, я обратилась к нашим министрам, нам выделили машину, привезли ее в Самару. Сейчас она уже ходит на двух протезах.
Или история с орденом погибшего солдата в Донецке, который мы два месяца искали и нашли для его матери. Мы идем к генералам, к начальникам и говорим: «Решите вопрос». Они видят, что мы не отступим. Наверное, кому-то я кажусь слишком неудобной, напористой или злой. Но каждого равнодушного чиновника я спрашиваю: «А вы были на Аллее Славы на тольяттинском кладбище? Там сотни мальчишек лежат». Меня за это не любят. А я не за любовь работаю. А за то, чтобы вдова получила свою вторую пенсию, которую мы, кстати, уже пробили с 1 января. Чтобы раненого вовремя доставили в госпиталь. Мой главный аргумент – не вопросы, а сделанное дело. Дело фонда «Из Тольятти с любовью», дело нашей общей команды.
– Кто эти люди, которые стоят рядом с вами в этом общем деле?
– Это самое важное! Я всегда говорю: «Из Тольятти с любовью» – это не я. Это – команда. Это Андрей Дрыгин, Андрей Архипов, Валера Семашков – наш «доктор», который машины «лечит», с черными от мазута руками. Это Андрей Васильев, Михаил Евпалов, Артур Маливанчук, Алексей Воронцов, Денис Солдатов, Виктор Солдаткин, отец Тимофей, отец Антоний, Александр Фетисов. Это все волонтеры, которых не перечислить. У нас в команде – вся область.
И особое место – мамы погибших и вдовы. Их у нас более 500 семей в сообществе. Это люди с надорванным сердцем, но с несгибаемой волей. Одна вдова передала на фронт все три машины своего погибшего мужа. Понимаете? Она отдала последнее, что от него осталось, чтобы помочь другим. Вот какие у нас люди. Мы просто моторчики в этом огромном механизме добра, но делают его работу тысячи рук. И фундаментом всей этой работы стал наш фонд «Из Тольятти с любовью», который позволяет действовать легально, прозрачно и масштабно.
– Как же не сломаться под этим грузом? Что дает силы не просто функционировать, а гореть?
– Вера. И люди. Один священник, наместник Тольяттинского Воскресенского мужского монастыря отец Гермоген (он сам родом из Макеевки), которому я исповедуюсь перед каждой поездкой и после, сказал мне очень важные слова. Он сказал: «Вы даже не волонтеры. И не добровольцы. Вы – миссионеры».
Мы везем не только хлеб. Мы везем надежду. Нужно верить так сильно, чтобы даже 1% сомнения в успехе не допускать. Я так и живу. И еще меня держат те, кто здесь – моя семья и единомышленники. Они – мой тыл и мой свет.
– Так что для вас грядущий форум?
– Место силы. Где можно обняться со всеми нашими друзьями – и волонтерами, и теми, кто приедет к нам из Донецка, Снежного, Москвы, Красноярска, Мелитополя, со всей Самарской области, с которыми мы стали родными за эти годы. Место, чтобы громко сказать о нерешенном. Чтобы показать всем: наш тыл не просто помогает. Он созидает, спасает, побеждает. Мы будем идти дальше. Потому что пока бьется это общее, огромное сердце нашей команды, пока есть ради кого светить, путь наш только вперед!
Проект «Шагнувшие в бессмертие»
Команда благотворительного фонда «Из Тольятти с любовью» реализует уникальный в России проект по созданию живых видеопортретов погибших героев. С помощью сложной компьютерной программы статичные фотографии «оживают»: солдаты улыбаются, машут рукой, отдают честь матери или жене. Проект, начавшийся как локальная самарская инициатива, перерос в общенациональный. Запросы приходят со всей страны, а также из Белоруссии, Грузии, даже Германии. Все работы, включая дорогостоящее программное обеспечение, которое волонтеры выкупают сами, выполняются безвозмездно.
